ИЗ ПРАКТИКИ

В наш юридический центр обратилась клиентка за консультацией. Выяснилось, что ее отцом пропущен полугодовой срок на принятие наследства. Как это случилось?

В 2020 году умерла ее бабушка по отцу и завещания не оставила. Бабушка (наследодатель) в течение последних восьми лет проживала совместно с сыном (наследником) и его семьей — женой и взрослой дочерью. Кроме того, бабушка умерла по месту жительства сына, что подтверждается медицинской справкой о смерти. Наследство состояло из денежного вклада «Пенсионный плюс», хранящегося в ПАО «Сбербанк России», что подтверждалось сберкнижкой на ее имя. Наследник был один, сын — других детей у умершей не было, и он являлся наследником первой очереди. 

В течение установленного законом срока — 6 месяцев — сын не смог обратиться к нотариусу с заявлением о принятии наследства в связи с жесткой самоизоляцией в период антиковидных ограничений, объявленных государством. Однако со дня открытия наследства он совершал действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства — вступил во владение имуществом/личными вещами, оставшимися после смерти матери.

Нашим юристам оставалось только одно: обратиться в суд с исковым заявлением о признании права собственности в порядке наследования к Территориальному управлению Росимущества г. Москвы. В исковом заявлении мы просили суд установить факт принятия сыном наследства по закону после смерти матери и признать за сыном право собственности на денежные средства, находящиеся на вкладе в Сбербанке. Судом исковое заявление было удовлетворено в полном объеме.

На что в этой ситуации необходимо обратить внимание?

Уважительность причины, по которой наследник пропустил срок принятия наследства, на самом деле, значения не имеет. А вот способность юриста доказать, что наследник сберег или получил какое-то имущество наследодателя, очень важна.

Именно этот факт необходимо доказывать суду, поскольку судебная практика в России пошла по пути признания права собственности на все имущество умершего — выборочно принимать наследство нельзя. А если уж принимать, то в полном объеме — включая, к слову сказать, и долги, когда они есть. 

В Лемикс обратилась группа граждан — жильцов старого многоквартирного дома в историческом центре Москвы. По инициативе городских структур ЖКХ в их доме был проведен капремот  — коммунальщики заменили трубы горячего водоснабжения, в том числе и те, которые подходили к полотенцесушителям. А спустя полтора года в одной из квартир на 4 этаже на полотенцесушителе прорвало перемычку, и горячая вода залила не только эту квартиру, но и три нижних плюс одну смежную. Горячая вода лилась под напором целых три часа, прежде чем управляющая компания смогла ее перекрыть. 

Мы стали искать ответственных за некачественный капитальный ремонт и подали иск в суд к управляющей организации и учреждению города Москвы, которое являлось заказчиком. И вскоре вышли на подрядчика, которому достался госконтракт. По условиям контракта подрядчик гарантировал, что в течение пятилетнего срока возможна безаварийная эксплуатация объекта, поскольку качество работ — высокое, материалы и оборудование — самые лучшие, а специалисты у них — самые квалифицированные. Кроме того, подрядчик обязался взять на себя все расходы по возмещению материального ущерба, если в течение гарантийного срока возникнет аварийная ситуация, приводящая к порче имущества жителей дома. Причины и последствия такой аварийной ситуации также подлежат устранению подрядчиком.

Подрядчика пригласили в суд. Вину свою он признавать отказывался и настаивал, что причиной аварии могла стать неправильная эксплуатация полотенцесушителя либо неправильное давление воды в системе — а за это уже должны отвечать коммунальные службы. Тогда Лемикс инициировал судебную техэкспертизу, которая выявила грубые нарушения в том числе в нормативных параметрах и требованиях к материалам перемычки по ГОСТу. Также было установлено, что представленные эксперту фрагменты труб с маркировкой не соответствовали маркам, заявленным в сертификатах.

Таким образом, однозначный виновник был найден. Но что-то в его поведении настораживало: представитель организации, присутствовавший на судебных заседаниях, уж как-то слишком спокойно реагировал на крупные суммы предстоящего взыскания. Тогда наши юристы провели проверку и выяснили, что организация находится в процессе ликвидации — а это значило, что даже если суд удовлетворит все требования жильцов, компенсации они не получат.

Мы снова сели штудировать госконтракт и выяснили, что гражданская ответственность подрядчика — в том числе за причинение вреда имуществу физических лиц — застрахована. Далее у городских служб были истребованы сведения о договоре страхования, и в качестве соответчика к суду была привлечена страховая компания. 

Каков итог? Суд взыскал всю сумму ущерба со страховой компании — благо, лимит ответственности страховщика по договору позволил это сделать. 
Люди получили возмещение за причиненный им ущерб и остались благодарными нашему юридическому центру за защиту их прав.

Владение любым имуществом подразумевает не только права, но и обязанности. И об этом забывать нельзя — особенно тогда, когда претендуешь на наследство. В Лемикс обратилась женщина, которая с 1989 года проживала вместе с матерью в квартире в центре Москвы. В 1992 году жилье было приватизировано без определения долей. В 2011 году мамы не стало, и клиентка обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства. Но, как выяснилось, на эту же квартиру нашлись еще претенденты — племянница клиентки, доводившаяся ее матери родной внучкой. Важно отметить, что все это время племянница на свою долю в наследстве не претендовала, в квартиру вселиться не пыталась, никаких расходов по ее содержанию не несла.

Нотариус отказал обеим претенденткам в выдаче свидетельства о праве на наследство, поскольку квартира не находилась в долевой собственности. И наша клиентка оказалась в ситуации, когда она не могла полноценно распоряжаться квартирой, так как права собственности ни у кого надлежащим образом оформлены не были.

Проанализировав ситуацию, мы предложили разрешить вопрос в судебном порядке, предъявив к племяннице следующие требования: признать право собственности в размере три четверти доли на квартиру за нашей клиенткой, ¼ – за ней. А после этого сделать следующее: признать принадлежащую девушке ¼ доли незначительной, прекратить право собственности на эту долю и признать ее за клиенткой. Взамен племянница получала компенсацию за отчуждаемое, но при этом оплачивала расходы на содержание своей доли с момента принятия наследства по настоящее время.

Нехитрые расчеты показали, что общая площадь спорной квартиры составляла 45 кв.м, жилая площадь — 28,8 кв.м, следовательно, идеальная доля племянницы составляла 11,25 кв.м общей площади и 7,2 кв.м жилой. А поскольку в квартире было всего две жилых комнаты — 20,7 кв.м и 8,1 кв.м, то доля племянницы не могла быть выделена в натуре, так как в квартире отсутствовала жилая комната, соответствующая размеру идеальной доли — 7,2 кв.м. Кроме того, мы указали суду на то, что девушка никогда не проявляла заинтересованности в использовании полученного наследства, никак о нем не заботилась, никаких затрат по его содержанию не несла — и этот факт сторона оспорить не смогла.

Изучив все представленные доводы, суд удовлетворил требования нашей клиентки в полном объеме.

Эта история про то, как «таможня дала добро», но для этого юристам Лемикса пришлось изрядно потрудиться. Клиент, который занимается поставками из-за рубежа, перевез через границу партию товара, но не задекларировал его надлежащим образом.

За это нарушение таможня назначила штраф в размере 400 000 рублей. Клиент не мог единовременно оплатить такую сумму. Мы посоветовали ему подать ходатайство о рассрочке и помогли грамотно составить документ.

Но из-за нехватки денег клиент не уложился даже в этот срок, и последнюю часть этого большого штрафа он закрыл уже по истечении предоставленных 70 дней.

Протокол об административном нарушении за просрочку платежа лег на стол мирового судьи, и судья назначил нашему герою еще один штраф. Угадайте, на какую сумму? В двойном размере от первоначального штрафа — то есть 800 000 рублей. Казалось бы, что тут оспоришь? Закон нарушен, с этим ничего уже не поделать. Административные дела считаются одними из самых сложных из-за хитросплетений административного законодательства, помноженных на крайне обвинительный уклон суда.

Зачастую проще получить оправдательный приговор по уголовному делу, нежели прекращение по административному, и не будет большим преувеличением сказать, что 99,9% административных дел завершаются наложением наказания.  Но наши клиенты знают: юристы Лемикса обязательно найдут выход.

Мы сумели отыскать в законодательстве нюанс, который не слишком широко озвучен, — а именно разъяснение Верховного Суда.

Дело в том, что за периодом рассрочки может быть предусмотрен еще один период, оплата штрафа в течение которого не является административным нарушением. Длится этот период 2 месяца. Мы озвучили эти обстоятельства суду, и суд был вынужден согласиться с нашими доводами. 
Клиент дело выиграл. 

В адвокатской практике всегда очень много дел, связанных с семейным правом. И достаточно большой процент из них составляют споры по взысканию алиментов — на детей, супругов, родителей.

К нам обратилась женщина, получившая иск от бывшего мужа. В этом иске он просил уменьшить размеры взыскиваемых с него алиментов на содержание общего несовершеннолетнего ребенка, который остался проживать с матерью. Пару лет бывший муж исправно выплачивал алименты в размере 1/4 от заработанного, однако потом решил, что 1/6 будет вполне достаточно и подал иск.

Аргументировал он это тем, что у него есть еще один ребенок (что, собственно, и стало причиной развода с первой женой), и этому ребенку он также выплачивает алименты. Их размер составлял только 1/6, поскольку детей было уже двое. Мужчина обратился в суд, чтобы уменьшить долю взыскания в первом случае и выплачивать своим детям одинаковые суммы.

По закону такие основания на самом деле есть. 
Но по сути своей они являются исключительными, когда размер алиментов или ранее заключенные соглашения сторон могут быть изменены в сторону уменьшения или увеличения. Чтобы их уменьшить, лицо должно доказать, что наступили какие-то обстоятельства — ухудшилось материальное положение, возникла нуждаемость, сложные обстоятельства, которые могут считаться существенными. Как правило, ссылаются на то, что родился второй ребенок. Однако в судебной практике уже сложился закон: интересы одного ребенка не могут быть ущемлены в пользу другого. 
Суд стоит на той позиции, что человек должен был предполагать, что решение зачать и родить ребенка всегда подразумевает большие материальные расходы на его содержание и воспитание. Кроме того, в данной ситуации первый ребенок проживает в неполной семье, с матерью. А второй — с обоими родителями, следовательно, изначально лучше обеспечен.

Тогда истцы начинают рассказывать, что у них есть кредиты, долги, что они потеряли работу и вообще плохо питаются. Все это нужно доказывать — и тут важна работа хороших юристов. Собрать, предоставить суду такие доказательства и выиграть дело об уменьшении алиментов возможно — и у Лемикса есть такие кейсы. Однако на этот раз мы представляли интересы другой стороны. Наши юристы сумели донести до суда, что истец не смог доказать свою нуждаемость, что у него действительно отсутствует возможность зарабатывать больше, чтобы обеспечивать всех своих детей. Кроме того, у истца есть имущество, которое он может реализовать или получать дополнительный доход за счет него. Мы доказали, что он в принципе и сам не живет на те средства, которые показывает суду. 
Истец имеет возможность найти более доходную работу, учитывая его опыт и образование, а доводы, которые он приводит, не являются исключительными и уважительными. И, наконец, когда мы задали ему вопрос, на сколько же он сэкономит, уменьшив сумму с 1/4 до 1/6, он попросту не смог ответить. Как это часто бывает, этот иск оказался всего лишь желанием отомстить и напакостить своей бывшей супруге.

В итоге суд отказался удовлетворить его требования, а мы выиграли дело. 

Дано: неприватизированная двухкомнатная квартира и незарегистрированная в ней женщина, чей муж умер. Требовалось: выиграть дело в суде и признать за ней право на эту квартиру. Расскажем о том, как юристы Лемикса смогли это сделать.

Наша клиентка не так давно потеряла мужа. После его смерти оставалась двухкомнатная квартира в Москве. Женщина длительное время проживала там вместе с ним, она является наследником первой очереди и никакого другого жилья не имеет. Однако на данной жилплощади супруг был зарегистрирован один.

Наши юристы обратились с исковым заявлением в Департамент городского имущества г. Москвы (ДГИ) о включении квартиры в наследственное имущество и признании права собственности на нее. 
Суду были предоставлены сведения о том, что супруг клиентки дважды подавал заявление и пакет документов на приватизацию жилого помещения. ДГИ в приватизации ему отказал на том лишь основании, что к заявлению не были приложены выписка из домовой книги и документ уполномоченного органа, подтверждающий неиспользование права участия в приватизации. Тогда мужчина потребовал вернуть все предоставленные документы, а также известил департамент о своем намерении обратиться в суд в связи с незаконным отказом в приватизации. Однако довести дело до конца так и не успел в связи с внезапной кончиной.

Наши юристы предоставили суду ссылки на нормы действующего законодательства, в соответствии с которыми в рамках поданного заявления недостающие документы могли быть получены Департаментом городского имущества самостоятельно.  Из этого следовало, что у ДГИ никаких оснований для отказа в приватизации не было. Суд учел наши доводы и принял решение о включении квартиры в состав наследственной массы и признал право собственности на квартиру за нашим клиентом.

Департамент городского имущества г. Москвы обжаловал это решение в апелляционном суде, однако Московский городской суд свое решение оставил без изменений.

Судебные приставы — гаранты исполнения закона. Однако в этой истории приставы стали орудием мести и шантажа в отношении нашей клиентки. 
Ситуация такова: клиентка проживала в одной квартире вместе с мужем и тремя детьми. В этой же квартире в отдельной комнате проживали мать и брат мужа. С ними отношения не сложились, и те обратились в суд на предмет выселения женщины с общей жилплощади.

В 2017 году суд рассмотрел иск и принял решение о выселении клиентки. В 2018 году она подала апелляцию, однако ее проиграла. В том же году по инициативе деверя было возбуждено исполнительное производство, в рамках которого судебные приставы на протяжении более пяти лет постоянно штрафовали клиентку за неисполнение решения суда, хотя та съехала с квартиры еще в 2018 году, то есть перестала там ночевать. Находиться в квартире в дневное время она имела право, поскольку там проживают ее муж и дети, младшему из которых на момент решения суда о выселении не исполнилось еще и двух лет.

Приставы, не утруждая себя никакими проверками, не разобравшись в ситуации, исправно штрафовали нашу клиентку и накладывали на нее различные ограничения — например, запрет на выезд за пределы РФ.

Юристы Лемикса приняли решения обратиться в суд для обжалования действий судебных приставов. Было составлено и направлено в суд административное исковое заявление, где были изложены все обстоятельства и все факты нарушения закона. 
Приставы, изучив наши доводы, попросили отложить слушание, а к следующему судебному заседанию прекратили исполнительное производство, длящееся более пяти лет, и сняли все ограничения с клиентки.

Действия должностных лиц можно и нужно оспаривать, тем более, когда они противоречат букве закона.

К нам обратился клиент, который является отцом несовершеннолетнего ребенка и выплачивает бывшей супруге алименты на содержание общего сына. Деньги он переводил исправно и почти всегда вовремя. Но в один прекрасный день на официальном сайте судебных приставов каким-то чудесным образом возникла задолженность в размере почти 400 000 рублей.

Чтобы разобраться в этой ситуации, юристы Лемикса детально изучили историю списания и переводов по алиментным платежам. И что же? Действительная сумма оказалась меньше ровно 8 раз и составила всего лишь 50 000 рублей.

Собранные нами факты доказывали, что подобное увеличение задолженности, мягко говоря, ничем обосновано не было, и для оперативного разрешения ситуации наши юристы обратились в отдел судебных приставов с заявлением о перерасчете задолженности.

Благодаря четкой и слаженной работе юристов Лемикса долг был снижен с заоблачной суммы до реальной, и после его погашения исполнительное производство в отношении нашего клиента прекратилось.

В Лемикс обратилась женщина с просьбой защитить право своей дочери на пользование квартирой, где та была зарегистрирована с рождения. Сама клиентка когда-то приехала в Москву, вышла замуж за местного жителя и перебралась в квартиру, где муж проживал со своими родителями.

У пары родилась дочь, которую с согласия родителей мужа зарегистрировали в московской квартире — неприватизированной, предоставленной свекру по договору найма.

Дальше все складывалось, как в хорошем бразильском сериале. Отношения у клиентки со свекрами не сложились, они с мужем и маленькой дочерью перебрались на съемную квартиру. Спустя несколько лет пара развелась, и мужчина вернулся жить к родителям. Девочка подрастала, ходила в школу рядом с домом бабушки и дедушки. К слову сказать, бабушка охотно занималась внучкой, водила ее в музыкальную школу. Девочка часто оставалась у них ночевать, и ей даже выделили отдельную комнату. По окончании школы она поступила в институт в другом городе, однако навещать отца не переставала.

А что же дедушка?..  А дедушка времени даром не терял и в один прекрасный день съехал от своей бабушки к другой женщине, на другой конец Москвы. Спустя какое-то время его новая возлюбленная умерла, и он благополучно вернулся в квартиру к жене, с которой, к слову сказать, предусмотрительно не расторг брак.

И вот, после его возвращения на дверях комнаты, где прежде проживала дочь нашей клиентки, появился замок, а в судебную инстанцию был направлен иск о том, чтобы снять девочку с регистрационного учета — фактически лишить ее московской прописки.

Мы собрали все железнодорожные и авиабилеты, подтверждающие, что дочь нашей клиентки регулярно возвращалась в Москву на каникулы. По ходатайству Лемикса в суд были вызваны и допрошены свидетели: подруга девушки, ее отец, подруга клиентки. Все они подтвердили, что дочь часто навещает отца. Кроме того, девушка сама обратилась в полицию с заявлением, что бабушка и дедушка не пускают ее в квартиру, если отца нет дома. Это заявление также было предоставлено суду. И, наконец, еще одним аргументом стало то, что дочь клиентки после окончания института устроилась в Москве на работу, доказав, что она собирается связать свою жизнь именно с этим городом.

В итоге суд отказал истцам в удовлетворении иска, и девушка осталась с московской регистрацией. 

В одном многоквартирном доме жильцы решили организовать ТСЖ, и большинством голосов такое решение было принято. Управляющая компания (УК), которая ранее обслуживала дом, инициировала проведение еще одного собрания, и на основании нового решения была переизбрана. 

Далеко не все собственники участвовали в этом собрании и голосовали, однако чудесным образом их голоса оказались засчитанными. И вот один из таких жильцов, который не присутствовал на собрании, обратился за помощью в Лемикс. Его позиция была такова: кворума не было, поэтому решение является недействительным. 

В Жилищном кодексе РФ есть статья 44, и в четвертой ее части говорится, что к компетенции общего собрания собственников помещений в МКД относится, в том числе, выбор способа управления многоквартирным домом. А третья часть статьи 45 того же ЖК РФ гласит, что общее собрание собственников помещений в МКД имеет кворум, если в нем приняли участие собственники или их представители, обладающие более чем 50% голосов от общего числа.

Мы подготовили заявление в суд с требованием признать решение общего собрания собственников МКД недействительным. В иске было указано, что для принятия его не было кворума, а голосование проводилось ненадлежащим образом, с подтасовкой голосов тех, кто отсутствовал. Более того, голосование проходило в очно-заочной форме — но по закону переход на заочное голосование возможен только в том случае, если отсутствует кворум на очном голосовании. А поскольку подсчет голосов на очном собрании не велся, то установить это не представлялось возможным. 

Наши юристы запросили подлинники решений по данному МКД, а также протокол собрания, на котором было проведено голосование. При изучении подлинников было обнаружено, что один из собственников, имеющий значительное количество голосов не участвовал в голосовании, и решение подписал за него другой человек, не имеющий доверенности на совершение данных действий. Таким образом, нужного количества голосов не было, подсчет голосов при проведении очного собрания не производился, кворума на общем собрании не набралось — следовательно, оснований для проведения собрания в заочной форме также не имелось. 

Все это было представлено суду.  Суд учел все наши доводы, нашел их обоснованными и признал решение собрания собственников МКД недействительным. Наш клиент выиграл дело. 

Наш клиент обратился в администрацию города 14 сентября 2000 года с заявлением о постановке на учет нуждающихся в жилом помещении, указав, что является воспитанником детского дома. Он периодически приходил в администрацию узнавал, что с очередью, очередь тихонько двигалась, и он больше ничего не выяснял. 

Когда в сентябре 2016 года клиент в очередной раз пришел в администрацию, вдруг обнаружилось, что он поставлен на учет в общую очередь, а не в льготную как сирота. Жилого помещения в собственности не имел, проживал в бывшем общежитии, где ранее ему была предоставлено койко-место. А после передачи общежития в муниципальную собственность он занимал комнату с бывшим соседом, и договор соцнайма с ним не заключался.

Юристы Лемикса подали исковое заявление об обязании администрации МО включить его в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями, и предоставить жилое помещение специализированного жилищного фонда по норме предоставления, отвечающее санитарным и техническим требованиям.

В иске мы указали, что заявление клиент подал в возрасте 21 год, и в нем было сказано, что он является воспитанником детского дома. В силу своей юридической неграмотности и минимальной социальной адаптированности он не смог проконтролировать правильность постановки на учет. А в 2016 году администрация подтвердила запрос — вот только из льготной очереди он перекочевал в общую. Важно еще отметить, что на момент подачи нашего иска клиенту исполнилось 40 лет.

Суд первой инстанции в удовлетворении требований отказал: клиент давно достиг 23-летнего возраста; документов, подтверждающих его запрос на получение жилья из специализированного жилого фонда, у него на руках нет; никакие уважительные причины, объясняющие пропуск срока для соответствующего обращения,  суду также не названы.

Мы подали апелляционную жалобу, но суд апелляционной инстанции оставил решение суда без изменения. Тогда мы обратились в кассационную инстанцию,  и суд кассационной инстанции отменил решение апелляционной инстанции. Апелляционным определением решение суда первой инстанции было отменено, по делу вынесено новое решение об удовлетворении требований.

Суд указал, что тот факт, что клиент по неизвестным причинам на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий был поставлен в общую очередь, не может явиться препятствием к реализации его жилищных прав как сироты и обязал администрацию города предоставить ему жилое помещение из специализированного жилищного фонда в порядке, предусмотренным действующим законодательством.

Клиент получил в наследство квартиру от отца и решил ее продать. Cтарая, без ремонта жилплощадь продавалась с мебелью, включая все самодельные встроенные шкафы и потолочную антресоль. И вот когда покупатель был найден, мать клиента внезапно вспомнила, что где-то на антресоли вроде бы хранился динамит для глушения рыбы — об этом ей некогда рассказывал бывший, а ныне покойный муж.  

И действительно, коробочка с динамитом нашлась. Как поступить в этой ситуации? Именно с таким вопросом клиент обратился в Лемикс. Мы порекомендовали ему добровольно обратиться в полицию, чтобы избежать уголовной ответственности. Клиент так и сделал. 

Однако полицейские решили проявить служебное рвение и попытались возбудить дело. И только благодаря усилиям наших юристов удалось доказать, что сотрудники полиции не применяют должные права и совершенно необоснованно грозят уголовной статьей, поскольку Примечание к ст.222 УК РФ гласит, что лицо, добровольно сдавшее взрывчатое вещество или взрывное устройство, от уголовной ответственности освобождается. 

Динамит не был обнаружен и изъят при задержании или при проведении оперативно-розыскных мероприятий; взрывчатое вещество заявили и сдали в полицию добровольно, поэтому никаких оснований для привлечения нашего клиента по уголовной статье не было — что и доказали юристы Лемикса. 

А вот если бы клиент не обратился к нам за консультацией и оставил взрывчатое вещество на месте, либо попытался избавиться от него самостоятельно, то ему грозил бы реальный срок — от 6 до 8 лет лишения свободы.