К нам обратился подрядчик, с которого сетевая организация — монополист в сфере электроэнергетики — собиралась взыскать убытки в размере административного штрафа, наложенного Федеральной антимонопольной службой.
Сетевая организация была привлечена к ответственности по ч. 2 ст. 9.21 КоАП РФ за нарушение сроков технологического присоединения энергопринимающих устройств, после чего обратилась в суд с иском к подрядчику.
По версии истца, именно подрядчик сорвал сроки выполнения работ и не обеспечил согласование необходимой технической и разрешительной документации с компетентными органами.
Надо сказать, что это довольно распространенная ситуация: монополист получает штраф, а затем пытается переложить убыток на внешнего исполнителя. Однако нельзя просто так взять и назначить виновного.
Обстоятельства дела
Договор между сторонами действительно был заключен. Подрядчик должен был выполнить работы для подключения конечного потребителя. При этом сетевая компания вписала в контракт жесткое условие: если по вине исполнителя ее оштрафует ФАС, подрядчик обязан полностью возместить эти убытки. Именно на это условие истец и ссылался в суде.
Но наличие пункта в договоре само по себе еще не решало спор. Нужно было установить, действительно ли сроки сорвал подрядчик — или же причиной стали обстоятельства, за которые отвечала сама сетевая организация.
Наша позиция
Мы строили позицию на том, что наличие в договоре условия о возмещении штрафа само по себе не доказывает ответственность подрядчика. Истцу нужно было установить и подтвердить прямую причинно-следственную связь между действиями нашего клиента и административным штрафом.
Что выяснилось:
Во-первых, сроки в договорах фактически совпадали. Сетевая организация пообещала потребителю выполнить технологическое присоединение к определенной дате — и такую же дату установила подрядчику. Но при этом именно сетевая организация является профессиональным участником рынка, а значит, должна учитывать реальные сроки выполнения работ с учетом необходимых согласований и технических особенностей расположения сетей.
Во-вторых, штраф был назначен по ч. 2 ст. 9.21 КоАП РФ — то есть за повторное нарушение. Подчеркнем, что повторность возникла не из-за действий ответчика по текущему договору, а из-за прежних эпизодов истца по другим заявителям.
В-третьих, мы представили суду более 50 скриншотов электронной переписки. Из переписки следовало, что подрядчик не мог согласовать работы с компетентными органами и службами в установленный срок. Причиной стали технические особенности объекта, которые сетевая организация не учла при заключении договора и о которых заранее и надлежащим образом не уведомила подрядчика.
Суд принял наши доводы к рассмотрению.
Выводы
Жесткое условие о возмещении штрафов, конечно же, может быть включено в контракт. Однако его исполнение потребует не ссылку на договор, а убедительные доказательства, которые примет суд.
В больших и сложных технических проектах редко удается определить ответственность по формальному тексту — слишком много вводных и нюансов, возникающих уже в процессе работы.
Что могло бы защитить подрядчика в подобной ситуации?
В первую очередь — более точная работа с рисками на этапе заключения договора: реалистичные сроки, понятный порядок согласований, перечень исходных данных от заказчика и прямое указание на то, что происходит, если эти данные окажутся неполными или препятствия возникнут уже в процессе работы. А на этапе исполнения — подробная письменная фиксация.
